Старинная икона вернулась в Петровский округ

Иногда история проявляет удивительную цикличность. Храм разрушают, но вера остаётся. Иконы прячут по домам, чтобы спустя почти сто лет их потомки вернули святыни на прежнее место. Эта история — о селе Тынково, о разрушенной церкви, о семье, сохранившей образ, и о благородном поступке, который не оставил равнодушными земляков.

От соревнования на разрушение до возрождения храма

В конце 1920-х годов по стране прокатилась волна закрытия религиозных объектов. Николаевскую деревянную церковь в селе Тынково «строители коммунизма» закрывали с особым рвением. Как пишет краевед Татьяна Ганьшина в книге «На берегах Матыры», местные активисты даже бросили вызов соседям-шехманцам: кто быстрее разберётся с «объектом культа» в своём селе.

Факт этого странного состязания попал в ленты Российского телеграфного агентства под заголовком «Новый вид соревнования». Победу в нём одержали тынковцы: в 1932 году их церковь была полностью разрушена. 

Парадоксально, но рядом стоящую церковно-приходскую школу, построенную в 1860 году, уничтожать не стали. По прагматичным соображениям в крепком кирпичном здании открыли светскую школу. Учебное заведение проработало более девяти десятков лет, пережив войны, перестройку и смену эпох. Лишь в начале 2010-х годов его закрыли.

Здание-долгожитель начало медленно уходить в историю, зарастая кустарниками и пряча свои арочные окна за кронами высоких тополей и клёнов. Однако умереть местной достопримечательности не дали верующие: в 2015 году они решили переоборудовать постройку в храм и открыть в селе приход.

Так здание, построенное ещё при Александре II, спустя полтора века вновь обретает своё духовное предназначение.

Путь иконы: от разорённой церкви до квартиры в Тольятти и обратно

Когда в 1930-х годах в Тынково громили храм, иконы разрешили разобрать по домам. Благодаря этому уникальная коллекция образов позапрошлого столетия уцелела. Среди спасённых святынь были образы Серафима Саровского, Воскресения Христова, метровый запрестольный крест.

В доме Филоновых образ святителя Николая передавался из поколения в поколение. Первым его принёс в семью прадед — Филонов Данила Петрович.

Дед Данилка, как его называли в семье, скончался в начале 1950-х годов, но перед смертью успел увидеть новорождённого правнука Женю, будущего мужа Любови Александровны. После смерти прадеда образ перешёл к его дочери, Марии Даниловне, а затем — к её снохе, Пелагее Дьяковой.

Шло время. Потомки семьи разъехались по разным городам, но связь с малой родиной не теряли. Любовь Александровна, окончившая Мичуринский пединститут, работала учителем в Тольятти. Её муж Евгений, отучившись в Астраханском речном училище и походив по воде, устроился на ВАЗ. Каждое лето семья с детьми снаряжалась и ехала в родное Тынково.

В середине 2000-х годов свекровь, Пелагея Васильевна, достигнув солидного возраста, решила распределить семейные реликвии между детьми. Одному из младших сыновей, Николаю, досталась та самая икона Угодника — его небесного покровителя.

Николай бережно перевёз образ в Тольятти. Сделал дорогое обрамление, повесил на самое видное место в квартире. Икона провела в городе на Волге около восьми лет, пока в жизни села Тынково не наметились важные перемены.

В прошлом году Николай, купив машину, наконец-то выбрался на малую родину, где не был со времён похорон матери. Вместе с Любовью Дьяковой он поехал в Тынково — пообщаться с одноклассниками, посмотреть на отчий дом и просто пройтись по памятным местам.

Подойдя к старому зданию школы, где вовсю кипела работа по обустройству нового храма, Николай замер.

Решение было принято не сразу, но твёрдо. 17 июля 2026 года образ Николая Угодника, спасённый прадедом Данилой при разгроме церкви, спустя почти 100 лет вернулся в родные стены. Икона была передана старосте прихода Зое Бочаровой. Сейчас, пока идут ремонтные работы, она находится в храме.

Символично, что дата возвращения святыни совпала с днём памяти Царственных страстотерпцев — 17 июля. Как отметила Любовь Дьякова, в этой истории сконцентрировалось удивительное количество «Николаев»: Николай Угодник, император Николай II, и сам даритель — Николай Дьяков.

Отвечая на вопрос, не возникало ли мысли продать старинный образ за большие деньги, Любовь Александровна ответила просто: в душе её родственника, простого заводчанина, не столь уж часто посещающего церковь, жило что-то более важное, чем материальная выгода — чувство справедливости и благодарности предкам.

Так икона, пережившая эпоху гонений, десятилетия бережного хранения в домашнем иконостасе, переезд в шумный промышленный Тольятти, наконец обрела покой на своём историческом месте. Это стало возможным благодаря живой памяти одной семьи, для которой «благое дело» оказалось дороже любых денег.