О «жемчужном ожерелье» под микроскопом, спасённых животных и женском терпении — заслуженный ветеринар из Петровского

Она помнит времена, когда диагнозы ставили «на глаз», а лейкоциты в крови считали вручную под микроскопом до глубокой ночи. Она видела вспышки сибирской язвы и прошла путь от девочки с игрушечным шприцем до «Заслуженного работника ветеринарии Тамбовской области». В канун 8 Марта, международного женского Дня, начальник Петровской районной станции по борьбе с болезнями животных Анна Зайцева рассказала, как женщине не выгореть в профессии, где вместо слов благодарности — лай и шипение, а вместо чистых кабинетов — суровые будни колхозов.

Детство на заднем сиденье «служебки»

Для Анны Петровны ветеринария началась не с учебников, а с запаха дорожной пыли и звука мотора отцовской машины. В Мучкапском районе, где она родилась, детских садиков не хватало, и отец — водитель ветстанции — забирал детей с собой в рейды по хозяйствам.

— Папа нас брал — и меня, и брата — с собой. По колхозам ездили мы с ним вместе. И папа мне привозил настоящие шприцы. Я куклам всё время уколы делала, помощь оказывала. А когда пришло время выбирать институт, папа предложил Саратовский зооветеринарный институт. Раз есть любовь к животным — поезжай учиться, — вспоминает Анна Петровна.

Первым учителем преданности для будущей отличницы ветеринарии стал пёс Байкал. В советские годы в деревнях регулярно проводили отстрел бродячих собак, и семья Жалниных буквально прятала своего любимца.

— Байкал был дворняжкой, похожим на овчарку. Что мне запомнилось: к шести часам вечера мама заканчивала работу, и он уже бежал её встречать в начало улицы. Мы, дети, ждали маму дома, а пёс точно знал время. Такая преданность просто поражала… Он умер своей смертью в 18 лет, мы не дали его в обиду.

«Жемчужное ожерелье» под микроскопом

Учёба в Саратове была далека от романтики городских клиник. Студентов сразу бросали в «пекло» — в заволжские степи, где бушевал бруцеллез.

— Нас не пугали ни грязь, ни запахи. Уезжали в степи, там стада были огромные. Помощь реальная от нас была: мы и вакцинировали, и кровь брали, и ректальные исследования на стельность проводили. Это была колоссальная практика, — отмечает специалист.

После института Анна в 1982 году по распределению попала в Петровскую ветлабораторию. Тогда эта работа была сродни искусству детектива: никаких экспресс-тестов, только глаза, микроскоп и интуиция.

— До того, как внедрили современные методы, мы использовали гематологический. Нужно было вручную считать лейкоциты. Я лично пропускала через свои глазки до тысячи проб! А сибирская язва? Под микроскопом это очень характерная картина: палочка в розовой капсуле. Если сделать посев, она растёт «косичкой», а на агаре образует эффект, который мы называем «жемчужное ожерелье». Красиво, но смертельно опасно! — замечает Анна Зайцева.

Становление молодого специалиста немыслимо без наставников, и Анна вспоминает своих учителей с особой теплотой:

— Мне очень повезло с учителями. Когда я только пришла, директор лаборатории Анна Андреевна Каширская мне очень помогала. Александр Николаевич Лунёв учил меня тонкостям ветсанэкспертизы. Также я благодарна Сергею Алексеевичу Исаеву и Валентине Николаевне Любановой — умнейшему бактериологу, с которой мы вместе распутывали самые сложные случаи. Этот опыт, переданный из рук в руки, помогает мне до сих пор.

До цифровой эры

За 43 года стажа мир ветеринарии перевернулся. Анна Зайцева с 2017 года руководит районной станцией по борьбе с болезнями животных, где на смену бумажным журналам пришла система «Меркурий» и электронное чипирование.

— Не думали, что доживём до такого, что всё будет в компьютере. Оказалось — легко. Теперь я рада: раньше на бумаге писать — это долго, а сейчас за две минуты документ готов по шаблону. Но техника техникой, а сердце всё равно в работе. Порой прихожу домой и в блокноте наброски делаю: что упустила, как лучше помочь животному? В интернете ищу информацию, с докторами советуюсь. Мы как исследователи.

Сегодня под началом Анны Зайцевой трудится небольшой, но сплочённый коллектив — всего 11 человек. В штате три врача и два санитара. В начале этого года руководитель удостоена почётного звания — «Заслуженный работник ветеринарии Тамбовской области», что стало для Анны Петровны важным профессиональным признанием.

Женское терпение

За строгими трудовыми буднями всегда стоит семья. Главная гордость Анны — её дочь Ирина и внук. Захар — студент второго курса архитектурно-строительного факультета ТГТУ, удивляет бабушку своим талантом. Дома Анну Петровну также ждут свои домашние питомцы. Кот Джек переехал к ней из Липецка, а пёс Барон обрёл дом, покинув стены тамбовского приюта.

— Барона спас комбайнёр. Совсем щенком он чуть не попал в поле под жатку — ещё секунда, и случилась бы беда. Мужчина не остался равнодушным: остановил машину, достал напуганный комок и отвёз в тамбовский приют. Там-то я его и нашла. А вот от Джека отказался его прежний хозяин, — рассказывает Анна Петровна.

Анна Зайцева усвоила главный урок: животных нельзя обмануть, их можно только любить. И эта любовь — не в красивых словах, а в бесконечном женском терпении.

— Без любви к животным здесь не задержишься. Нужно чувствовать их боль, понимать их характер и никогда не опускать руки. Наверное, в этом и есть секрет: когда ты считаешь помощь живому существу своим делом, усталость отступает, а на её место приходит радость от того, что ты на своём месте, — отмечет заслуженный ветеринар.