Лента новостей
Статья6 апреля , 13:40

«Я понял, что невозможное возможно». Как молодому священнику из Петровского района удалось найти меценатов для восстановления храма

Священник Александр Балашов служит в Шехмани 5 лет. Ему удалось заинтересовать историей Храма Богоявления Господня местных жителей и даже спонсоров. Здание реконструируется последние три года. В трапезной уже ведутся службы.

Фото: Вера Малыгина

Храм Богоявления Господня в Шехмани построили в 1844 году. В позапрошлом столетии это был один из самых красивых и больших храмов в Тамбовской губернии. Он радовал верующих без малого 90 лет.

В 1934 году в здании открыли склад, а ещё через 12 лет — Дом культуры. В церковно-приходской школе разместились парикмахерская и сапожная мастерская. Здание настолько изуродовали строители коммунизма, что многие местные не  признавали в нём бывший храм.

Только в 2007 году церковь вернули верующим. В небольшой комнате открыли приход. Через пару лет даже разработали проект по восстановлению храма. Однако надеяться на то, что строительные работы начнутся, не приходилось. Уж очень дорого это стоило.

В 2017 году у прихожан замаячила надежда. В село приехал служить выпускник Тамбовской духовной семинарии Александр Балашов. Священнику за небольшой срок удалось найти меценатов. Храм реконструируется последние три года — уже восстановили фундамент, стены и трапезную с крышей.

Сельский священник рассказал, почему он сам взялся за лопату и что считает настоящим чудом.

Летом прошлого года стены храма «подняли» почти до 7 метровФото: Вера Малыгина

— Батюшка, помните ли ваше первое впечатление от Шехмани?

— После окончания семинарии хотел служить в селе. Я вырос в селе Иловай-Дмитриевское Первомайского района. Но, честно говоря, в Петровском никогда не был, а о селе Шехмань никогда и не слышал. Я положился на волю Божью. Хотя мои друзья, с кем мы жили в одной комнате, ездили в Шехмань смотреть образ святителя Николая, который проявился на двери сарая одного из местных жителей. Об этом случае много говорили в нашей среде. Но я в Шехмань приехал в первый раз уже после назначения. Когда увидел здание Дома культуры, то не мог и предположить, что здесь был храм. Даже все фигурные перемычки и розеточки над окнами были стёсаны. Первым делом я начал усиленно изучать историю храма, и пазл сложился.

Так выглядел храм до начала реконструкции

— Что значит — пазл сложился? Вы поняли, что ваше назначение в петровскую глубинку не случайно?

— Я  узнал, что с духовной жизнью Шехмани связано много именитых и даже знаковых для меня людей. Прочитал все выпуски «Тамбовских епархиальных ведомостей» с 1863 по 1917 годы на сайте Пушкинской библиотеки. С интересом узнавал, кто в Шехмани был священником, кто пёк просфоры, кто был чтецом. Публикации нашёл об отцах Николае и Семёне. У последнего было 10 детей. Один из них — знаменитый профессор Московской духовной академии и богослов Владимир Вертоградов. Он первое время был чтецом в Шехмани у отца. Я в очередной раз понял, что земля большая, но очень тесная. Моим духовником во время учёбы в Тамбовской духовной семинарии был протоирей Николай Засыпкин. Оказалось, что он 20 с лишним лет проработал аптекарем в Шехмани, жил рядом с храмом. В 2007 году организовывал здесь приход. Он оказал большое влияние на моё мировоззрение. Он умер 4 года назад, как раз тогда, когда меня назначили в Шехмань…

Осталась ли в памяти первая служба?

— Это было Рождество Христово. Стеснённые условия. Специально посчитал — на первой службе было 43 человека. Когда я пришёл, совершенно никаких мыслей о восстановлении храма ни у кого не было.

Больше 10 лет верующие молились в этой комнате Фото: из архива отца Александра Балашова

— Как же тогда удалось сдвинуть дело с мёртвой точки и найти спонсоров?

— Вопрос решился неожиданно. Я совершал обряд крещения, а местный фермер Алексей Гриднев был крёстным. После я пустил ему шуточную фразу, а ему запало.

— А что за фраза?

— Она личная, я не буду озвучивать… В этот же день вечером он мне позвонил и сказал: я приеду к тебе с инженером. Они приехали, осмотрели всё. Инженер взял реставрационный проект, который делала мичуринская организация в 2010 году, и через пару дней сказал: храм восстановить можно! Знаменательно, что  строители приехали работать на святителя Николая — 18 декабря. Это чудо Божие! Однозначно. Также к иконе святителя Николая, о которой я уже говорил, приезжают десятки паломников из разных городов, оставляют крестики, цепочки в свидетельство о помощи молитвы святителю. Николай Чудотворец и нам помогает храм восстанавливать.

Отец Александр Балашов рядом с ликом святителя Николая, обнаруженного на двери сараяФото: Вера Малыгина

— Но, как говорится, на Бога надейся, а сам не плошай. Строительные работы начались зимой, наверняка были сложности?

— С погодой нам той зимой повезло. Земля была мягкая, морозы всего лишь до минус пяти. А задача перед нами стояла непростая — усилить фундамент, взять его в железобетонную капсулу. Советские строители «постарались»: сломали одну из несущих стен, нарушив балансировку здания. Оно начало давать крен. Нужно было окапывать фундамент и внутри, и снаружи. На метр в ширину, и в глубину — от полутора метров до трёх с лишним. Если на улице местами мог копать экскаватор, то внутри нужно было вдоль стен «пройти». Я сам вооружился лопатой и предложил помочь селянам. Сначала ко мне двое мужчин присоединились, через неделю нас копало уже 18 человек. До марта мы весь фундамент залили.

— Когда вглубь фундамента копали, были необычные находки?

— Конечно, и не одна! В той части храма, где была кинобудка, нашли забетонированные фигурные решётки от окон. Мы их достали, по ним планируем сделать идентичные копии. Находили и захоронения. Черепов пять… Возможно, здесь было кладбище рядом с построенной в начале XVIII века деревянной церковью. Нашли также два подземных хода. Один ведёт к дому священника, там сейчас обычный дом. Другой — в южную сторону. Старожилы говорят, что он вёл к реке. В итоге мы по периметру вдоль стен вручную прокопали больше 70 метров. Но эта работа была не видна.

Фото: из архива отца Александра Балашова

— На храм стали обращать внимание, когда начали расти стены?

— В первый год у нас были спонсорами Алексей Гриднев и его семья. В следующем году нам стал помогать директор строительной компании Сергей Медведев, у которого корни в Шехмани. Через него нашей историей заинтересовалась одна из крупнейших в России горно-металлургических компаний. И, конечно, простые миряне очень откликаются. К примеру, первые 30 тысяч кирпичей мы закупили на средства местного населения. Всего по подсчётам нужно около 180 тысяч, больше ста – уже израсходовали. В прошлом году нам действительно многое удалось сделать. По всему периметру центральной части «поднять» стены на отметку 6 метров 70 сантиметров. Смонтировать тёплый пол. Частично «поднять» котельную, закупить оборудование и расходные материалы для подведения газа в храм. Трапезную часть покрыть крышей. Рождество Христово в этом году мы уже встречали в реконструированной части храма.

Первая служба в реконструированном храмеФото: из архива отца Александра Балашова

— Получается, это было спустя ровно 5 лет с момента вашей первой службы. Что вы чувствовали, впервые проводя литургию в храме с высокими стенами и хорошей акустикой?

— Конечно, я был очень рад. В храме с такой многострадальной историей  молитва совсем другая. Я понял, что невозможное возможно. Молись Богу, проси, но делай со своей стороны всё возможное. Сложить ручки и ждать тысячу кирпичей у порога не получится. Началось всё с того, что мы сломали крышу фойе, которое было пристроено в советское время. Просто вдвоём — бывший глава сельсовета Юрий Объедков и я — стали хоть что-то делать. Через пару месяцев к нам уже подключились Гридневы. Честно говоря, сам Алексей не верил, что местные будут помогать копать фундамент. Но мы это сделали! Значит, не плохой народ здесь, и в него нужно верить. Мы старались сами делать черновые работы — копать, разбивать кирпичные стены, разравнивать, землю завозить, гидроизоляцию смонтировать. Многие из города приезжают к нам на выходные потрудиться. А самое главное, что помогающие в  реконструкции храма мужчины, так называемые «спящие» верующие, начинают ходить на службы. А когда храм закрывался на полгода из-за реконструкции, люди приходили молиться на улице — и в ветер, и под дождём. А теперь в отреставрированной трапезной на большие праздники собирается до ста человек.

— Спасибо, отец Александр, за ваши труды. Нет сомнений, что реконструкция красивейшего храма рано или поздно закончится, потому что есть люди, которые этого очень ждут.

Макет разрушенного храма, созданный сыном отца Семёна Вертоградова – СергеемФото: Вера Малыгина

Реквизиты, по которым можно перечислить пожертвования и поддержать строительство храма, можно найти по ссылке

Автор:Вера Малыгина